Образцы творческих сочинений
Русский XХ век - чудовищный, потрясающий век!
Когда сейчас, пробуешь окинуть его взглядом, дух захватывает, сколько он вместил разнообразия, величия, событий, насильственных смертей, изобретений, идей. Эти сто лет по густоте и масштабу событий сравнимы с тысячелетиями, быстрота и интенсивность перемен нарастали в геометрической прогрессии…
Художественный мир Василия Белова
По утверждению Федора Абрамова, первым разглядел в Василии Белове «будущую звезду нашей прозы» Александр Яшин. Но прежде чем стать прозаиком, Василий Белов попробовал свои силы в стихотворных жанрах. Стихи не принесли особенной славы, но помогли автору поверить в свое дарование. И главное, приучили к экономному письму, разборчивому отношению к слову, законченности и поэтичности повествования, что бросилось в глаза всем, кто прочел его первый опыт в прозе «Деревня Бердяйка».
Рецензия на роман «Липяги» Сергея Крутилина
С описанием того же, что и в романах Ивана Мелело, периода начинаются «Липяги» Сергея Крутилина (1964), «Все как-то очень свежо, и по содержанию, и в смысле формы»,— сказал о «Липягах» Валентин Овечкин1. В книгу входишь как в сад, где обдает тебя свежестью. Автор умеет рассказать, как «лопается панцирная кожица янтарных, тугих желудей», сделать почти видимой картину собирания дубовых листьев в предзимнем лесу. В широко намеченную панораму деревенской жизни хорошо вписываются и приземистые избы со светильниками, не гаснущими до утра в «памятную зиму 1929 года», и собрание мужиков в доме попа Александра, закончившееся организацией «коммуны», и дружные выходы липя-гинцев на общественные поля, и встреча первого трактора. Трактор «встречали за околицей всем седом, с флагами, с духовым оркестром».
Роман о величайшей военной битве на Курской дуге
Роман Анатолия Ананьева «Танки идут ромбом» создан на материале одной из величайших военных битв — битвы на Курской дуге. Писатель изображает тот коротенький отрезок времени, когда немецко-фашистское командование попыталось упредить наступление русских войск и первым двинуло колоссальные силы в бой, заставив советские войска выдержать одно из самых тяжких сражений, прежде чем начать победоносное движение вперед.
Единство драматических произведения А. Н. Островского «Гроза» и «Бесприданница»
Прочитав пьесы А. Н. Островского «Гроза» и «Бесприданница», я решил сопоставить их между собой как единственные драматических произведения этого автора, которые были написаны в различное время, однако имеющие множество сходств. На сравнение этих пьес наводит и то, что в обеих перед нами разворачивается драма незаурядной женской натуры, приводящая к трагической развязке. Наконец, важно и то, что в обеих пьесах немаловажную роль играет образ волжского города, в котором происходит действие.
Продолжить чтение »
К вопросу о катарсисе в романе-поэме Андрея Белого «Петербург»
Идеология произведения придает эстетическому объекту определенную направленность, вносит в него авторское толкование и оценку. Катарсис - по смыслу этого греческого слова и понятия - очищение воспринимаемого объекта и самого восприятия, которое не обязательно включает в себя конкретное идейное содержание, но как бы освобождает для него место. «Положительное содержание» часто ведет к катарсису, который является тогда как бы эстетическим ореолом этого содержания. Оно фиксировано в тексте, тогда как катарсис присутствует в нем латентно и объективируется лишь в момент восприятия текста читателем. «Положительное содержание» не всегда катарсично, поскольку катарсический акт требует для своего осуществления особых, подъемных, свободных, концентрированных эмоций. «Положительное содержание» может выражаться в детерминированной идеалом непримиримости, неудовлетворенности. Катарсис чаще всего - вздох об исцелении, гармонии, облегчении.
Что же можно сказать о катарсисе в романе «Петербург»?
Раздумывая над этим вопросом, мы вправе утверждать, что в романе Белого, как и в предшествующие ему, катарсический эффект значительно слабее, чем в русской классике XIX века. Это относится не только к двум первым романам Белого, «Серебряному Голубю» и «Петербургу», но и к прозе других писателей, близкой к их автору по времени и направлению: к «Мелкому бесу» Сологуба, к прозе Ремизова и Сергеева-Ценского, к большинству произведений Л. Андреева. Это творчество с редкими просветами. И все же и эти произведения, и роман «Петербург» не могли бы существовать как произведения искусства вне объективированных в них катарсических возможностей.