Авторские сочинения по творчеству М. Ю. Лермонтова
Творчество Лермонтова непосредственное продолжение пушкинской линии
Пушкинская эпоха, как ни была она противоречива,- эпоха надежд и упований; лермонтовский период - время глубоких разочарований, вызванных разгромом восстания декабристов. «…Мы увидели лишь казни и изгнания. Вынужденные молчать, сдерживая слезы, мы научились, замыкаясь в себе, вынашивать свои мысли - и какие мысли! Это уже не были идеи просвещенного либерализма, идеи прогресса,- то были сомнения, отрицания, мысли, полные ярости»,- писал Герцен, характеризуя мрачное десятилетие, наступившее вслед за расправой над декабристами.
Проблематика монолога в стихотворении «Журналист, читатель и писатель»
Проблематика монолога напоминает стихотворение «Не верь себе», с двумя разными тенденциями творчества, последовательно развернутыми в строфах, начинающихся строками: «Случится ли тебе в заветный, чудный миг…» (сравните: «Бывает время, Когда забот спадает бремя…») и «Закрадется ли печаль в тайник души твоей…» (ср.: «Бывают тягостные ночи…»). Отказ от идеальной мечты и обличительной поэзии вновь объясняется как субъективными, так и объективными причинами. Трагедия поэта в том, что он не может отказаться от идеальных, «ребяческих чувств», которые в его собственных глазах всего лишь «благородная мечта», «воздушный безотчетный бред», сладкая субъективная иллюзия, не имеющая ничего общего с жестоким реальным миром и потому недостойная «строгого искусства» . В этой поэзии толпа не узнает ни своих чувств, ни своей жизни. Поэзия же обличительная недоступна толпе вследствие ее неподготовленности, духовной необразованности. Поэт оказывается на распутье. Он обречен на непонимание, на осмеяние или площадную брань.
Писатель, Критик и Читатель в лирике Лермонтова
Сложность процесса перехода к новому сознанию запечатлена в известном стихотворении «Журналист, читатель и писатель» (1840). Традиционная форма «разговора» позволила Лермонтову объективировать лирическую мысль. Прежде всего в «разговоре» заняты три ведущие силы всякого литературного процесса - Писатель, Журналист, (критик) и Читатель. Для Лермонтова принципиально важно представить реальную расстановку этих сил. Уже недостаточно одного лишь «разговора» Писателя с Журналистом без воспринимающего их Читателя, к которому в конце концов адресованы литературные произведения и формирующая общественное мнение журналистика (критика).
Описание содержания стихотворения «Выхожу один я на дорогу…»
Стихотворение «Выхожу один я на дорогу…» бросает яркий свет на характер лермонтовской субъективности. Вселенная и человек поставлены лицом к лицу, они соотносимы, но космос не поглощает человека, а человек не стремится к космической жизни. Вселенная в ее природных, естественных свойствах самостоятельна и берется в одном масштабе - в качестве прообраза естественной и свободной жизни и одновременно как величина, соразмерная человеку, несущему в себе не менее привлекательный и грандиозный мир гармонии и красоты. Природа может представать в многообразных лирических восприятиях, но никогда не становится предметом познания. В своем подлинном, реальном существе природа не интересует Лермонтова.. С этой точки зрения любые самые детальные изображения природы оборачиваются в конечном счете выражением чувства природы у романтика. Лирическое восприятие поэта в его разнообразных вариантах обусловливает изображение, превращает его в личное переживание.
Лирическая тема в поэзии Лермонтова
Конкретность и глубина мысли поэта отражала типические и исторические характерные переживания людей 30-х годов. При этом любую тему Лермонтов осмысливает в плане личном, социальном и философском. Лирическая тема не представляет собой чего-то замкнутого, отъединенного от других, образует с ними органическое единство. Так, вряд ли можно видеть в лирике 1837- 1841 годов сугубо философскую или, скажем, гражданскую тему. Но каждое стихотворение приобретает философический и одновременно социальный характер. Если любомудры создавали прежде всего философическую лирику, если философическое осмысление социального и психологического бытия личности стало центральным для Баратынского и Тютчева, то Лермонтов принципиально синтетичен. В этом отношении он сближается с Пушкиным. В зрелой лирике Лермонтов отказывается от обнаженного патетизма, от метафоричности и переходит к изображению жизни в ее простой, обыденной, часто бытовой непосредственности.
Лермонтовский лирический герой
Лермонтовский лирический герой пытается противиться безверию, разочарованию и смерти. В стихотворениях «Ветка Палестины», «Когда волнуется желтеющая нива», «Молитва» («В минуту жизни трудную…»), «Есть речи значенье…», «Из Гете» отражена иная сторона душевных переживаний лирического героя - философские раздумья о поисках идеала и покоя, которые противопоставлены внутренней тревоге. Из них наиболее традиционным является, конечно, «Ветка Палестины», справедливо сравниваемая исследователями с «Цветком» Пушкина и с медитациями Жуковского.
Философско-социальные раздумья Лермонтова
Одический пафос сочетается в ней с элегическими интонациями, последние же являются в зависимости от степени и качества переживания лирического героя. Классическая элегия, как правило, не знала подобного нарушения интонационного единства: интонация в элегии определялась стилем и общим характером переживания, в то время как в лирическом монологе она целиком подчинена лирическому содержанию. Было бы неразумно говорить и о возрождении одических принципов, потому что конкретное поэтическое содержание определяет ту или иную форму непосредственного выражения.