Сочинение на тему «Мысль семейная» в романе Толстого «Анна Каренина».«Анна Каренина»Толстого (в первом своем варианте-задумчивости должна была быть лишь развернутым рассказом о судьбе «пропащей» женщины из высшей среды. Однако чем дальше продвигалась работа Толстого над романом, тем более широкими становились его рамки, как это всегда бывало в у писателя, когда он начинал конкретно осуществлять свой литературный замысел, в своей окончательной редакции «Анна Каренина» превратилась на роман с очень широким и углубленным охватом действующих лиц и событий, вместив в себе и выбравши целые отрывки из русской жизни.
Короленко определил самое главное в творческом методе Толстого: гениальное умение соединить общее и частное, целое и отдельное, большое и малое, умение собрать и выразить все это в единстве и в движении, в развитии, во взаимоотношении и взаимодействии. Толстой, как никто до него, дал образцы художественного изображения движущихся, развивающихся событий и «текущих», сложных, противоречивых, живых человеческих характеров. В отличие от многих других писателей Толстой не дает в начале произведения полных, исчерпывающих характеристик действующих лиц. Образ героя, его внешний портрет и, главное, характер раскрываются им в движении. Постепенно читатель узнает, как герой действует, о чем думает и говорит, какое впечатление производит на окружающих.
Роман «Преступление и наказание» по тому, как он воспринимается читателем, является, может быть, единственным в своем роде. Он вводит юного читателя в самообман. И ему кажется все понятным в этом произведении: никаких намеков, никаких загадок, никаких таинственных происшествий. Но тот напряженный интерес к герою, который возникает с первых страниц романа, к концу становится еще напряженнее. И то, на чем держится весь художественный мир романа, оказывается не то что совсем не воспринятым, а понимается поверхностно-прямолинейно: умный бедный студент Раскольников, не преступник по натуре, убил старуху-процентщицу, но не выдержал мук своей совести, донес на себя и был осужден на каторжные работы.
Теплое ощущение испытывает каждый читающий или слушающий произведения Толстого. Образ чудесной волшебницы Наташи Ростовой, как зовут ее другие герои романа «Война и мир», понятен, близок и дорог не только нам, русским людям, но и людям любой другой страны. Восхищаясь художественным совершенством образов «Войны и мира», французский писатель Ромен Роллан с большой теплотой говорит о Наташе Ростовой: «Милая девчурка, проказница и хохотунья, с любящим сердцем, она как бы живет рядом с вами, и вы следите за ее ростом с целомудренной нежностью брата - кому из читателей не кажется, что он встречал ее в своей жизни?.. Да, этот образ служит безжалостной мерой при оценке почти всех женских типов, созданных современными романистами и драматургами! Толстому удалось запечатлеть трепет самой жизни, читаешь, и тебе кажется, что ты видишь, как от строчки к строчке меняется жизнь героев».
О чем говорит Чацкий в этом монологе? О французике из Бордо, о русских, восклицающих: «Ах! Франция! Нет в мире лучше края!», о том, «чтоб истребил господь нечистый этот дух пустого, рабского, слепого подражанья», о том, что стал хуже «наш Север во сто крат с тех пор, как отдал все в обмен на новый лад - и нравы, и язык, и старину святую, и величавую одежду на другую по шутовскому образцу», и уж совсем как на заседании тайного общества он спрашивает-восклицает:
