Димитр Пеев (Димитър Пеев) Романы, повести

  

Димитр Пеев (р. в 1919 г.) — один из мэтров болгарской приключенческой и детективной литературы, доктор юридических наук. Основной жанр его романов — традиционный процедурный милицейский детектив со сквозными героями; есть в его арсенале и "роман-загадка" в английском стиле, и неявная расположенность к "шпионскому" роману, разоблачающему происки вражеских разведок. Заметны активная социально-критическая направленность, стремление к детальной прорисовке ситуативных и поведенческих характеристик. Все это выполнено не без известной доли плакатности, в "контрастном" свете, но на детективную интригу романов подобная манера существенного влияния не оказывает.

Одним из устойчивых криминальных сюжетов в романах Д. Пеева является традиционная для детективов соцстран тема выезда граждан за пределы своей страны, осложненного преступными действиями в плане личного обогащения путем спекуляции, контрабанды и прочих экономических правонарушений.

В "чистом виде" этот сюжет представлен, например, в небольшой повести "Транзит" (фрагмент из романа "Алиби"), где поводом для начала расследования стала ошибка зарубежного эмиссара. Пытаясь подать знак своему человеку, тот неверно набрал номер телефона, и честный гражданин обратил внимание соответствующих служб. Скоротечное преследование злоумышленников показано со знанием дела и без особого приукрашивания сыщиков.

В большинстве романов действует следователь капитан Крум Консулов. Ему единственному, пожалуй, из своих героев Пеев постарался создать запоминающуюся, нетрадиционную биографию. Начать хотя бы с того, что Консулов разжалован из майоров — однажды на допросе он не удержался от собственноручного физического наказания человека, "обменявшего" экономические секреты страны на "японский радиоприемник и шесть пар колготок". К тому же он никогда "не мог смириться с тем, что, как правило, его начальники... недостаток мозговых извилин старались компенсировать борьбой за должности и звания. Это создавало ему много неприятностей по службе..." И в Варне, где он служит, и в Софии он слывет "неудобным" сотрудником, всегда имеющим особое мнение, что не мешает ему, впрочем, пользоваться большим уважением за высокий профессионализм со стороны коллег — ибо "времена Шерлоков Холмсов миновали, сегодня в милиции торжествует коллективизм". Коллективизм проявляется в романах Пеева и в том, что представители молодого поколения довольно похожи один на другого ("сильные духом и телом, образованные, интеллигентные. Они были аккуратны, деловиты, но без скованности, учтивы без раболепия, инициативны без панибратства") — так же как похожи и "старики", идеал которых показан глазами того же Консулова: "...А как хотелось бы продолжить работу с Марковым и Ковачевым. Нет, он не был поклонником знаменитостей, относясь к ним достаточно скептически. Но о Маркове ходили легенды... Было любопытно, что осталось за 35 лет службы от прежних генеральских идеалов... С Ковачевым положение было... проще. Это высокообразованный, культурный и интеллигентный человек — три качества, которыми сам Консулов не обладал в достаточной мере, но которые ценил превыше прочих..."

Описания криминогенной среды страдают декларативностью и могут вызвать разочарование у ценителей эстетического совершенства. Это относится и к одному из лучших романов Пеева "Седьмая чаша". Экспозиция его представляет притон жулика крупного масштаба со всеми полагающимися аксессуарами — "пьянством, развратом", неприкрытым цинизмом, вербовкой новых "подданных", заговором среди недовольных главарем — "рядовым бухгалтером" Даракчиевым.

Во время застолья Даракчиев, пользующийся личной хрустальной чашей, отпив глоток, падает замертво... На вилле, кроме него, шесть человек; в качестве периферийных участников фигурируют муж одной из любовниц Даракчиева и его жена. "Мой муж был законченным подонком"; "чем ближе были к нему люди, тем больше его ненавидели. Но убивать? Сомневаюсь..." — так характеризует она покойного. Действие романа развивается параллельно в двух планах: читатель имеет возможность наблюдать за поведением и следователей, и группы подозреваемых. Поступки последних, по определению подполковника Геренского, "типичные для их социальной среды" и представляют определенный интерес для любителей описаний такого типа; работа следователей тоже обрисована вполне подробно и со знанием дела. Главное же — хитроумная ловушка в сюжете, которая в неожиданном свете поворачивает всю систему взаимоотношений между подозреваемыми в убийстве.

Подробности профессиональной деятельности следственных органов — любимый "конек" Пеева, уделяющего много внимания не только процедуре следствия (погони, слежка, допросы), но и технической стороне дела ("традиционные графологические и дактилоскопические методы идентификации подтвердил электронно-вычислительный графоскоп"; "может ли мертвый давать показания? Разумеется. И притом правдивые, всегда объективные, а чаще всего и исчерпывающие. Главное — уметь задавать вопросы"; с многочисленными результатами судебно-медицинских экспертиз читатель может знакомиться лично).

Часто автор увлекается обличительной стороной повествования в ущерб сложности детективной интриги. Читатель вместе с милицией оказывается перед фактом преступления с "пустыми руками" и в течение долгого времени может лишь наблюдать за разнообразными, но малоэффективными действиями сыщиков; ухватив же основную нить, милиция уверенно и быстро идет по следу. "С тех пор, как его „взяли" в аэропорту, они непрерывно атаковали Сивкова вопросами, молчанием, изобличением во лжи, угрозой судебной ответственности за дачу ложных показаний. Сейчас этот красавец, этот покоритель женских сердец, чувствовал себя как загнанный зверь..." — так работают капитан Консулов и подполковник Антонов в романе "Аберацио иктус". Существенную роль в мотивации преступления в этом и других романах играет прошлое жертв и преступников, о котором читатель узнает "просто так", благодаря возможностям милиции установить эти факты. Самым интересным оказывается процесс увязывания различных эпизодов биографии персонажа, его взаимоотношений с различными людьми, с чем успешно справляются следователи.

Две разные криминальные истории затейливо переплетены в романе "Вероятность равна нулю" — международная контрабанда и борьба "бывших", потерявших положение и состояние после второй мировой войны, "против коммунизма", в которой объединились "извечные заклятые враги — католики и протестанты".

Начало этого романа представляет собой динамичный боевик: на болгарском курорте сражаются две неизвестные иностранные группировки, и следственная группа только наблюдает, как "путешествует" между городами загадочный черный чемодан, на ночном шоссе взрывается "мерседес", в номере отеля имитируется смерть от инфаркта, в "бюсте переменной геометрии" прячутся фальшивые бриллианты, и все это похоже на оперетту, по замечанию одного из следователей,— "если бы не трупы"... Для "опереточного" звучания в романе присутствует и любопытная фигура англичанина Халлигана — "детектива-любителя", по всему отелю собирающего сигаретный пепел и окурки для продолжения своей книги "Введение в окуркологию". Его советы милиции и умозаключения — забавная пародия на частного детектива, хотя невинное увлечение вызывает легкое подозрение у профессионалов.

Впрочем, у них есть дела и поважнее — ведь после скоротечной перестрелки в пещере на берегу моря невыясненной осталась тайна "черного чемодана". "Пора из пассивной позиции наблюдателей перейти в атаку",— полагает капитан Консулов. Атака содержит разные методы действия — от банального подслушивания телефонных разговоров до изучения Консуловым старинных книг, посвященных ордену иезуитов, и восстановления биографии единственного оставшегося подозреваемого таксиста Петрова. Последняя информация оказывается решающей для завершения дела, вероятность успеха которого в начале считалась "равной нулю".

Оригинальную идею, в основе которой — использование стандартности мышления, и несколько хорошо проработанных ложных следов предложил читателю автор в романе "Джентльмен"; это один из наиболее плотно сконструированных детективов Пеева. Ключом к разгадке оказывается клочок бумаги с записью: "141958 точно над нами пролетел вертолет", обнаруженный в кармане неизвестно откуда попавшего в подземную пещеру трупа, а избранная в качестве главного преступника фигура явно показывает оперативную реакцию автора на новейшие события политической жизни его страны.

Издания произведений Д. Пеева

    Аберацио иктус/Пер. Г. Еремина//Искатель.— 1981.— № 4—5.

    Вероятность равна нулю/Пер. Ю. Медведева//3арубежный детектив.— М., 1985.

    Джентльмен/Пер. Ю. Медведева//Искатель.— 1988.— № 6.

    Транзит/Пер. О. Киселевой//Искатель.— 1970.— № 1;//Мир "Искателя".— М., 1973.

    Седьмая чаша/Пер. Ю. Медведева//Искатель.— 1975.—№ 1—2;/Пер. Ю. Димедова//Зарубежный детектив.— М., 1976.

    Седьмая чаша; [Вероятность равна нулю; Джентльмен]/Пер. Ю. Медведева.— М.: Радуга, 1988; 1989.

Краткий пересказ
Рейтинг
( Пока оценок нет )
Русский язык и литература/ автор статьи
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Школьный Отличник