Отношение Блока к действительности и мечты о настоящей любви

  

 «Принимаю!» - главная мысль, главный пафос стихотворения «О, весна без конца и без краю...». Это восклицание повторяется в стихотворении несколько раз. (Не случайно и все стихотворение в первой публикации имело заглавие «Принимаю»). Что же принимает поэт, что он так страстно, так настойчиво утверждает? - «Узнаю тебя, жизнь! Принимаю! И приветствую звоном щита!». Поэт принимает удачу и неудачу; плач и смех; пустынные веси и тесные города; «осветленный простор поднебесный и томления рабьих трудов». Эти контрастные картины показывают противоречия жизни, различные ее проявления. Но все равно они радуют Блока, ибо это и есть сама жизнь. И когда поэт заявляет о своем приятии жизни, мы понимаем, что он не собирается уходить от нее в неизвестные «иные миры».

Непрерывная борьба, «вечный бой» и являются смыслом жизни, приносят подлинную радость человеку. Эта мысль пройдет через многие стихотворения Блока последующих лет. Размышляя об исторических судьбах России, о борьбе русских с иноземными поработителями, поэт восклицает: «И вечный бой! Покой нам только снится...» («На поле Куликовом»). Постоянное беспокойство, жажда творчества, несмотря на «жизни сон тяжелый», составляют главный «сокрыты? двигатель» всей деятельности Блока. (См. «Ямбы»).

Стихотворение «О, весна без конца и без краю) насыщено риторическими обращениями и восклицаниями. В цикле стихов «Снежная маска» настойчиво звучит мотив стихии, бури, вьюги. В снежной стихии, целиком захватившей поэта , он видел свое преображение, «второе крещение». «Слепая стихия», безрассудная страсть и захватывает поэта, и в то же время влечет его к гибели. Он без сожаления готов сжечь себя на этом снежном костре, сгореть дотла в огне страстей, чтобы испытать радость земного счастья. В «Фаине» и в «Заклятии (и нем во мраке» предчувствие гибели еще больше усиливается, а любовь стихия псе меньше напоминает «очистительное» начало. Наряду с чувствами восторга и благоговения появляется и разочарование и безразличие.

Любовь занимает главное место и в цикле «Страшный мир». Но здесь уже нет того восторга, упоения страстью, какое было в «Снежной маске» и в «Фаине». Любовь и страсть соседствуют с муками, пытками, смертью. Для поэта становится невыносимой постоянная унизительная ложь («молчаливая ложь», «лживая улыбка», «лжи и коварству меры нет» и т. п.). Да и сам он оказывается жертвой «страшного мира» и с беспощадной правдивостью рассказывает об этом («На островах», «Унижение»).  Нередки в «Страшном мире» и воспоминания о про шедшем, робкая надежда на возвращение утерянного счастья:

  • Что, если я, завороженный,
  • Сознанья оборвавший нить,
  • Вернусь домой уничиженный,
  • Ты можешь ли меня простить?
  • Ты, знающая дальней цели
  • Путеводительный маяк,
  • Простишь ли мне мои метели,
  • Мой бред, поэзию и мрак?
  • Безрадостная жизнь ассоциируется с надоевшим непроглядным осенним туманом, дождем и мраком. Бездомный, «стареющий юноша», лишенный своего счастья устал «шататься, промозглым туманом дышать, в чужих зеркалах отражаться и женщин чужих целовать». И вот ему вспоминается позабытый напев:
  • И стала мне молодость сниться,
  • И ты, как живая, и ты...
  • И стал я мечтой уноситься
  • От ветра, дождя, темноты.

Такого рода мотивы особенно настойчиво звучат в следующем цикле третьей книги - «Возмездие». Здесь и сожаление об ушедшем счастье, и сознание своей вины, и готовность принять справедливое возмездие. Наряду с этим в цикле «Возмездие» отражены раздумья поэта о событиях общественной жизни.  Глубокий пессимизм, безнадежность, безысходная тоска звучат в концовке блоковского стихотворения:

  • Уж не мечтать о нежности, о славе,
  • Всё миновалось, молодость прошла!

Так заявляет двадцативосьмилетний Блок, уставший, измученный жизнью. Напомним, что стихотворение «Я помню чудное мгновенье...» Пушкин написал почти в таком же возрасте - в двадцать шесть лет. Жизнеутверждающий оптимизм Пушкина и пессимистическое настроение Блока объясняются не только различием темпераментов или фактами личной биографии. Пушкина, современника и единомышленника декабристов, увлек «бурь порыв мятежный», перед ним открывались высокие общественные идеалы. Что касается Блока, то он расценивал тогда события 1905 года как несбывшиеся мечты («Напрасный жар! Напрасные скитанья!». Такие настроения имели место среди части русской интеллигенции в период реакции. У блоковского героя не осталось никаких идеалов, кроме «Нее», единственно любимой, которую он по своей вине потерял, не сумел ни удержать, ни возвратить. Так сливаются в стихотворении мотивы исторического и личного возмездия.

Краткий пересказ
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: