Поэтические сборники Тракля

  

Историю своей души Тракль написал лично — она вся в его стихах. Короткая (27 лет!) земная жизнь поэта изучена биографами от первого до последнего дня. Он родился в Зальцбурге 3 февраля 1887 г., в два часа полудня — в родильном доме, на Вааг платц («Площадь весов»). Отец — Теобальд Тракль (1837—1910) — продавал в лавке железными товарами. Мать — в девичестве Мария Катарина Халик (1852—1925) — коллекционерка и реставратор картин и антиквариата, воспитанием детей (а их было шестеро, Георг — четвертый) себя особенно не обременяла, доверив их гувернантке Мари Боринг, француженке. К старшим — сыну Густаву, дочерям Марии и Сроки, после Георга прибавился еще младший сын Фридрих, а в 1891 г. — младшая дочь Маргарета, будущая муза брата-поэта. По воспоминаниям Фридриха, «Георг был таким же, как и все мы: жизнерадостный, дикий, здоровый». С пяти лет Георг посещал подготовительную школу при католическом педагогическом училище. В 1897 г. его отдали в гимназию; учился он плохо, в четвертом классе остался на повторный курс, на выпускных экзаменах за седьмой класс не сдал греческой, латынь и математику. В 1905 г. T. устроился помощником в зальцбургскую аптеку и именно тогда пристрастился к наркотикам — морфию и вероналу.

Сочинять Тракль начал еще в гимназии. Со временем он создал несколько пьес - одноактовок, две из которых — «Поминальный день» и «Фата Моргана» — в 1906 г. даже были поставлены в зальцбургском театре, и прозаические произведения — «Страна грез» и «Мария Магдалина». В 1908 г. состоялся поэтический дебют Тракля — в «зальцбургской народной газете» опубликовано стихотворение «Утренняя песня». В том же году начинающий поэт вступил на фармацевтическое отделение Венского университета, после окончания, которого возвратился домой, в Зальцбург, магистром фармацевтики. В 1910 г. поэт был зачислен на одногодичную добровольную службу в армии. «Что за адский хаос ритмов и образов во мне!» — писал он своему другу Э. Бушбеку, жалуясь, что любой внешний толчок бросает его «в горячечное духовное смятение и бред».

После службы в армии Тракль устроился рецептариусом в одну и ту же аптеку «У белого ангела». Биограф поэта Ф. Фишер заметил: «Когда он на службе, он далек от мира, далек от людей, далек от их проблем. Он сидит, его голова в ладонях, погруженная в собственные мысли; он целиком утрачен для мира». В 1912 г. Тракль сблизился с Зальцбургским литературно-музыкальным обществом «Господин» и одновременно устроился военным провизором при аптеке гарнизонного госпиталя в Инсбруке. В авторитетном журнале «Бреннер» появилась его первая публикация — стихотворение «Теплый ветер в предместье», а спустя некоторое время — «Псалом» — и он стал известным в узких литературных кругах. У Тракля появились первые подражатели, но в их стихах, как делал замечание сам поэт, не было «жадной лихорадки жизни».

Тракль попеременно жил в Инсбруке, Зальцбурге и Вене, три недели провел в Венеции. Он тщательно работал над стихами, по много раз перерабатывая почти каждое стихотворение. Поэзия, провинциальная богемная жизнь, женщины, вино, наркотики — всему этому Тракль отдавался страстно, восторженно. В плане творчества нужно заметить, что поэзию Тракля невозможно вообразить без Маргареты — без преувеличения, музы брата-поэта. Ее в своих стихах он называет «сестрой», «любимой», «девушкой», «монахиней», «огненным демоном». Современники испытывали удивление, насколько брат и сестра похожи — не только внешне, а и по внутреннему состоянию.

В 1913 г. в Лейпциге вышел первый поэтический сборник Тракля — «Стихи» («Gedichte») в серии «Судный день» в издательстве «Курт Вольф». В следующем году поэт подготовил в печать другую книгу стихов — «Себастьян во сне» («Sebastian im Traum») и получил основанную австрийским меценатом Л. Витгенштейном стипендию для бедных писателей — 20 тыс. крон, тем не менее, ни издать книгу, ни воспользоваться стипендией уже не успел, поскольку началась Первая мировая война. Как резервиста Тракля сразу же призвали в армию и в бывшем звании лейтенанта направили на фронт, в полевой госпиталь, рецентариусом, а уже 3 ноября 1914 г. он умер в госпитале от остановки сердца. «Суицид вследствие интоксикации кокаином», — было записано в его истории болезни. Время смерти — девять часов вечера. Его похоронили на Роковицком кладбище в Кракове, а 7 октября 1925 г. прах Тракля перенесли на кладбище в Мюлау, вблизи Инсбрука. 21 ноября 1917 г. свела счеты с жизнью обожаемая сестра-муза Маргарета.

«Мне никогда не был дан талант говорить», — писал Тракль своему однокласснику К. фон Кальмару. Среди всех способов высказывания мысли поэт отдавал предпочтение «письменному слову». Слова, которые он написал, пережили своего автора уже почти на столетие, повлияв на многое написанное и ненаписанное в XX ст. И дело не только и не столько в новых поэтических формах и «новаторских мелодично-ритмических композиционных фигурах» (В. Ментагль), а скорее в том, что созданное Траклем поэтическое пространство имеет какую-то цельность, автономность и благодаря этому может сколько угодно существовать во времени, оставаясь органической частью культуры.

Из стихотворения в стихотворение в творчестве Тракля странствуют похожие на галлюцинации образы в обязательном сопровождении звуков и запахов. Элементы стиха двигаются и взаимодействуют по законам, которые интуитивно понятны, тем не менее, не подвергаются точному формулированию, и потому некоторые критики определяют их «законами музыкального построения» — все это делает возможным считать Тракля поэтом «единого стиха», который постоянно создавал, обживал и одухотворял одно и то же лирическое пространство. Воспринимая «все голоса, которыми разговаривает окружающий мир, как безжалостные и мучительные», Тракль видит сосуществование в мире «высказанного» и «несказанного» (именно эти понятия через несколько лет получили в работах другого австрийца, Л. Витгенштейна, статус важнейших философских категорий и легли в основу философской системы).

«Несказанность» не отпускает поэта, поскольку он нуждается в высказанности, и на помощь словам приходят паузы, молчание, которые отводят Тракля от традиционного рифмованного стиха к верлибру и во многом формируют своеобразную низменность на строки и строфы в его поздних стихотворениях. «Я, наконец, навсегда останусь бедным Каспаром Саузером», — писал Тракль своему другу Э. Бушбеку. Как и Каспар — юноша, найденный в XIX ст. в одном из забытых подвалов Нюрнберга и вынужденный учить человеческий язык заново, поэт постоянно сталкивался с невозможностью высказать кипящую в нем стихию образов и чувств языковыми средствами, нищими сравнительно с этим богатством. К образу нюрнбергского найденыша, который в скором времени погиб от руки убийцы, поэта влечет и предчувствие собственной ранней смерти — мотив, который снова и снова возникает в его стихах. Смерть, опасается он, помешает и ему овладеть языком «несказанного», т.е. «родиться в вечность». Собственно, его «Песня о Каспара Саузера» об этом также:

Весна и лето и годная осень
Праведника, его мягкая походка
Вдоль темных покоев мечтателей.
Ночью он оставался наедине с собственной звездой;
Видел, как падал снег на черные ветви,
Как в сумеречном коридоре мелькнула тень убийцы.
Серебряно наклонилась глава нерожденного.

В ранних стихах Тракля (1907-1910) еще ощутима эмоциональность надрыва и разрыва, холодная ностальгия по бывшей целостности, которая позднее исчезает. Поэт не призывает к созданию новой системы ценностей, поскольку такое «создание» невозможно в принципе. Отсюда частые упоминания холодного металла и камня. То, что по обыкновению понимают под словом «смерть», у Тракля ассоциируется с финалом расписания, тлена; она — тотальное уничтожение, незыблемость.

Краткий пересказ
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: