Образ армейского братства в «Путешествии в Арзрум»

  

Жизнь деятельная, исполненная опасностей, атмосфера искренности, дружбы, человеческого достоинства, братства захватила Пушкина. Осторожно, как бы приоткрывая полог палатки Раевского, он вводил читателя в этот мир сильных, смелых, честных людей, своих славных современников, которых важнейшее событие русской жизни ^сделало историческими лицами».

Пушкин с грустью покидал Кавказ, своих друзей. Чем ближе подъезжал он к Петербургу, тем сильнее его охватывала тоска. Вернувшись в столицу, Пушкин признавался сестре: «Я очутился, как в карцере, с которым несколько раз был знаком в лицее. Меня что-то давит, душит»

Так было в 1829 году. В 1835-м, заканчивая «Путешествие в Арзрум», Пушкин пережил в воспоминаниях счастливые дни пребывания с «товарищами и братьями». Это чувство подсказало последнюю сцену путевых записок. По дороге домой Пушкин встретил во Владикавказе Михаила Пущина, ехавшего лечиться от полученных в последних сражениях ран. У него он нашел свежие русские журналы, в одном из которых была напечатана ругательная рецензия на поэму «Полтава». «В ней всячески бранили меня и мои стихи». «Таково было мне первое приветствие в любезном отечестве».

Пушкин знал - впереди его ждут новые испытания в «карцере» России, и не только брань критики, но и объяснения с Бенкендорфом и царем за самовольную поездку на Кавказ, выговоры, угрозы, притеснения...

С грустью стал читать Пушкин критическую брань. «Пущин остановил меня, требуя, чтоб я читал с большим мимическим искусством». Друг попросил спокойно, с иронией отнестись к рецензии. Пушкин исполнил совет. «Требование Пущина показалось мне так забавно, что досада, произведенная на меня чтением журнальной статьи, совершенно исчезла, и мы расхохотались от чистого сердца».

Декабрист поделился опытом, как должно мужественным людям относиться к приветствиям «в любезном отечестве». Этой знаменательной сценой Пушкин и завершил «Путешествие в Арзрум».

Краткий пересказ
Понравилась статья? Поделиться с друзьями: